<?xml version="1.0" encoding="windows-1251"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
 <description>
  <title-info>
   <genre>prose_rus_classic</genre>
   <author>
    <first-name>Иван</first-name>
    <middle-name>Сергеевич</middle-name>
    <last-name>Тургенев</last-name>
   </author>
   <book-title>Завтрак у Предводителя</book-title>
   <date></date>
   <lang>ru</lang>
   <src-lang>ru</src-lang>
  </title-info>
  <document-info>
   <author>
    <first-name>Eugi</first-name>
    <last-name>Gufo</last-name>
   </author>
   <program-used> FictionBook Editor Release 2.7.0</program-used>
   <date value="2025-11-24">24 November 2025</date>
   <src-url>https://eugigufo.net/download/ebooks/turgenev/</src-url>
   <id>turgenevis30</id>
   <version>1.0</version>
   <history>
    <p>v. 1.0 – Eugi Gufo – исправлены структура файла (оглавление), сноски, кавычки, тире. Восстановлены разбитые строки, убраны случайные пробелы или, наоборот, проставлены недостающие пробелы после знаков препинания. И ещё много мелочей.</p>
   </history>
  </document-info>
 </description>
 <body>
  <title>
   <p>Иван Сергеевич Тургенев</p>
   <p>Завтрак у Предводителя</p>
  </title>
  <section>
   <subtitle>ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА</subtitle>
   <p>Николай Иванович Балагалаев, предводитель, 45 лет.</p>
   <p>Петр Петрович Пехтерьев, бывший предводитель, 60 лет.</p>
   <p>Евгений Тихонович Суслов, судья.</p>
   <p>Антон Семенович Алупкин, сосед-помещик.</p>
   <p>Mиpвoлин, бедный сосед-помещик.</p>
   <p>Ферапонт Ильич Бecпaндин, помещик.</p>
   <p>Анна Ильинишна Kaypoвa, сестра eгo, вдова, 45 лет.</p>
   <p>Порфирий Игнатьевич Нагланович, становой.</p>
   <p>Beльвицкий, письмоводитель предводителя.</p>
   <p>Герасим, камердинер Балагалаева.</p>
   <p>Карп, кучер Кауровой.</p>
   <empty-line/>
   <p>Действие происходит в имении Балагалаева.</p>
   <empty-line/>
   <p>Театр представляет столовую. В средине выход, направо кабинет, окна позади, в стороне накрытый стол с закуской. Герасим хлопочет около стола. Услышав стук экипажа, он подходит к окну.</p>
   <empty-line/>
   <subtitle>ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ</subtitle>
   <p><emphasis>Герасим и Мирволин.</emphasis></p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Здравствуй, Герасим! как поживаешь?.. А что, он еще не выходил?</p>
   <p><strong>Герасим</strong> <emphasis>(накрывая на стол)</emphasis>. Здравствуйте. Где это вы достали лошадь?</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> А что, ведь недурна лошаденка? Мне за нее вчера двести рублей предлагали.</p>
   <p><strong>Герасим.</strong> Кто предлагал?</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> А купец из Карачева предлагал.</p>
   <p><strong>Герасим.</strong> Что ж вы не отдали?</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Зачем отдать? самому нужна. Ах, братец, дай-ка рюмочку: смерть что-то в горле, знаешь, того; да и жара притом... <emphasis>(Пьет и закусывает.)</emphasis> Это ты к завтраку накрываешь?</p>
   <p><strong>Герасим.</strong> А то к обеду, что ль?</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Сколько приборов! Разве кого ждут?</p>
   <p><strong>Герасим.</strong> Видно, ждут.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Не знаешь, кого?</p>
   <p><strong>Герасим.</strong> Не знаю. Говорят, будто сегодня Беспандина с сестрой мирить хотят: так вот разве по этому случаю.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Э-э! неужли? Что ж, и хорошо. Надо ж им покончить поделиться. Ведь это наконец срам. А правда ли, говорят, Николай Иваныч у Беспандина хотят рощу купить?</p>
   <p><strong>Герасим.</strong> А господь их знает!</p>
   <p><strong>Мирволин</strong> <emphasis>(в сторону)</emphasis>. Вот бы кстати леску-то попросить.</p>
   <p><strong>Балагалаев</strong> <emphasis>(за кулисами)</emphasis>. Филька! Вельвицкого мне позвать.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Знать, из кабинета в гостиную дверь растворена... Hv-ка, другую рюмочку, Гарася...</p>
   <p><strong>Герасим.</strong> А что? верно, горло все ...</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Да, брат, что-то саднит.</p>
   <p><emphasis>Пьет и заедает. Герасим выходит.</emphasis></p>
   <subtitle>ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ</subtitle>
   <p><emphasis>Те же, Балагалаев и Вельвицкий.</emphasis></p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Так, так, так-так-то, ты уж так и распорядись, слышишь? <emphasis>(Мирволину.)</emphasis> А, ты, здравствуй!</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Нижайшее мое почтение, Николай Иваныч!</p>
   <p><strong>Балагалаев</strong> <emphasis>(Вельвицкому)</emphasis>. Как я тебе сказал, ты понимаешь. Ведь ты понял?</p>
   <p><strong>Вельвицкий.</strong> Как же-с, как же-с.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ну да, эдак будет хорошо. Ну, теперь ступай .. Я тебе дам знать, я велю тебя позвать. Можешь идти.</p>
   <p><strong>Вельвицкий.</strong> Слушаю-с. Так, стало быть-с, бумаги по делу вдовы Кауровой приготовить-с?..</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ну, конечно, конечно... Я удивляюсь! Ты должен был понять наконец, братец.</p>
   <p><strong>Вельвицкий.</strong> Да вы ничего не изволили мне...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Мало чего! Не все же мне тебе сказывать наконец!</p>
   <p><strong>Вельвицкий.</strong> Слушаю-с. <emphasis>(Уходит.)</emphasis></p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А не слишком понятлив этот молодой человек. <emphasis>(К Мирволину.)</emphasis> Ну, как ты? <emphasis>(Садится.)</emphasis></p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Слава богу-с, Николай Иваныч, слава богу-с. Как вы в своем здоровье?</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Я ничего В городе был?</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Как же-с, был; нового, впрочем, ничего-с. Купца Селедкина, третьего дня, паралич хватил; да ему не в диво. Стряпчий, говорят, вчера свою супругу опять того-с...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> В самом деле? Экой неугомонный!</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Журавлева доктора видел-с; вам кланяться приказал. Петра Петровича в новой коляске встретил. Знать, куда в гости собрались: с лакеем, и на лакее шляпа новая.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Он сегодня у меня будет. А что, у него коляска хороша?</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Как вам сказать-с? Нет, по-настоящему нехороша: фигурой точно берет, а в сущности – нет, я не знаю, она мне не нравится. Как можно сравнить с вашей коляской!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ты думаешь? Она на лежачих?</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> На лежачих-то она на лежачих; да что в том толку? помилуйте-с! больше для важности. А это оне любят поважничать-то. Оне, говорят, опять намерены баллотироваться.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> В предводители?</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Точно так-с! Что ж, пожалуй! Опять на вороных изволят прокатиться.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ты думаешь? Впрочем, Петр Петрович, я должен сказать, весьма почтенный человек во всех отношениях и совершенно заслуживает... Конечно, с другой стороны, лестное внимание дворянства... Выпей-ка водки.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Покорнейше благодарю-с.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А что? разве уж пил?</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Никак нет-с! не то чтобы пил, а так что-то грудь... <emphasis>(Кашляет.)</emphasis></p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Э, вздор! выпей.</p>
   <p><strong>Мирволин</strong> <emphasis>(пьет)</emphasis>. За ваше здоровье. А ведь, знаете ли что, Николай Иваныч, ведь Петра Петровича настоящая фамилия не Пехтерьев, а Пехтерев, Пехтерев, а не Пехтерьев.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Почему ты это думаешь?</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Как же нам этого не знать! помилуйте! Мы и батюшку их знавали, и дядьев-то всех. Все Пехтеревыми прозывались, искони Пехтеревы, а не Пехтерьевы. Пехтерьев – эдакой и фамилии у нас никогда не бывало... что за Пехтерьев?</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А!.. Впрочем, не все ли равно? было бы сердце доброе.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Совершенную истину изволили сказать-с: было бы сердце доброе. <emphasis>(Глянув в окно.)</emphasis> Кто-то приехал-с.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А я еще в шлафроке. Это я с тобой заболтался. <emphasis>(Встает.)</emphasis></p>
   <p><strong>Алупкин</strong> <emphasis>(за кулисами)</emphasis>. Доложи. А-а-лупкин, дворянин...</p>
   <p><strong>Герасим</strong> <emphasis>(входит)</emphasis>. Алупкин господин вас спрашивает-с.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Алупкин! Кто бишь это? Проси. А ты займи его, пожалуйста. Я сейчас... <emphasis>(Уходит.)</emphasis></p>
   <subtitle>ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ</subtitle>
   <p><emphasis>Мирволин и Алупкин.</emphasis></p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Николай Иванович сейчас пожалуют-с. Не угодно ли пока присесть?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Покорнейше благодарю. Постоим-с. Позвольте узнать, с кем имею честь...</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Мирволин, помещик, здешний житель... может быть, слыхали?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Никак нет-с, не слыхал-с... Впрочем, очень рад случаю. Позвольте узнать: вам Балдашова, Татьяна Семеновна, родственница?..</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Никак нет-с. Какая это Балдашова?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Тамбовская помещица, вдова-с.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> А! Тамбовская!</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Да-с, тамбовская, вдова-с. А позвольте узнать, вам здешний становой пристав знаком?</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Порфирий Игнатьич? Еще бы! старинный приятель.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Величайшая бестия, какая только есть на свете. Вы меня извините, я человек откровенный, солдат: я привык выражаться прямо, без обиняков. Надо вам сказать...</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Не угодно ли вам чего-нибудь закусить с дороги?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Покорнейше благодарю. Надо вам сказать, что я в здешних краях поселился недавно; а до сих пор я жил больше в Тамбовской губернии. Но, получив после покойницы жены в наследство пятьдесят две души в здешнем уезде...</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> А где именно, позвольте узнать?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Сельцо Трюхино, в пяти верстах от большой воронежской дороги.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> А знаю, знаю! хорошее именьице.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Дрянь совершенная: один песок... Итак, получив наследство после покойницы жены, я почел за благо переселиться сюда-с, тем более что у меня в Тамбове дом, с позволения сказать, просто развалился. Вот-с я и переселился, – и что же? ваш становой уже успел повредить мне самым неприличным образом.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Скажите! как это неприятно!</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Нет, позвольте, позвольте. Другому бы ничего, а у меня дочь Екатерина – вот что прошу рассудить; однако я надеюсь на Николая Иваныча. Хотя я всего два раза имел удовольствие их видеть, но я столько наслышался о их справедливости...</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Да вот они сами-с.</p>
   <subtitle>ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ</subtitle>
   <p><emphasis>Те же и Балагалаев во фраке. Алупкин кланяется.</emphasis></p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Мне очень приятно. Прошу присесть... Я... я, помнится, имел удовольствие видеть вас у почтенного Афанасия Матвеича.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Точно так-с.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ведь вы, кажется, недавно стали нашим, – недавно то есть в наш уезд переехали?..</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Точно так-с.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Вы, я надеюсь, не будете раскаиваться.</p>
   <empty-line/>
   <p><emphasis>Небольшое молчанье.</emphasis></p>
   <empty-line/>
   <p>Жаркий день какой сегодня...</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Николай Иванович, позвольте старому солдату объясниться с вами откровенно.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Сделайте одолжение. Что такое?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Николай Иванович! вы наш предводитель! Николай Иванович! вы, так сказать, наш второй отец; я сам отец, Николай Иванович!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Я, поверьте, слишком хорошо знаю, слишком чувствую; это мой долг. Притом лестное внимание дворянства... Говорите, что такое?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Николай Иванович! ваш становой – первый плут-с.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Гм! Однако вы сильно выражаетесь.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Нет, позвольте, позвольте! благоволите выслушать... У соседнего мужика Филиппа мой мужик якобы козла украл... А позвольте узнать, на что мужику козел?.. Нет, вы мне скажите, на что мужику козел? Да и наконец почему ж именно мой мужик этого козла украл? почему не другой? Какие доказательства? Положим даже, точно мой мужик виноват – так я-то что? я-то зачем отвечать должен? меня-то зачем беспокоить? Что ж, после этого я за всякого козла отвечать буду? И становой будет мне вправе грубить... помилуйте! Он говорит: козел на вашем скотном дворе отыскался... Да провались он совсем с своим козлом! Тут дело не в козле, а в приличии!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Позвольте, я, признаться, хорошенько не понимаю. Вы говорите, ваш мужик украл козла?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Нет, это не я говорю, – это становой говорит.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Да ведь, кажется, на то есть законный порядок. Я, право, не знаю, почему вам было угодно обратиться ко мне?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Да к кому же, Николай Иваныч? Вы извольте рассудить. Я старый солдат, я обиду получил, честь моя страдает. Становой мне говорит, и самым эдак неприличным образом: дескать, я вас... Помилуйте!</p>
   <p><strong>Герасим</strong> <emphasis>(входит)</emphasis>. Евгений Тихоныч приехать изволили.</p>
   <p><strong>Балагалаев</strong> <emphasis>(встает)</emphasis>. Извините, пожалуйста... Евгений Тихоныч! Милости просим! Как вы в своем здоровье?</p>
   <subtitle>ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ</subtitle>
   <p><emphasis>Те же и Суслов.</emphasis></p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Хорошо, хорошо! спасибо... Господа! честь имею...</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Наше вам, Евгений Тихоныч!</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> А, здравствуй!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А что ваша супруга?</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Жива... Экая жара! Если б не к вам, Николай Иваныч, ей-богу с места не тронулся бы.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Спасибо, спасибо. Неугодно ли? <emphasis>(К Алупкину.)</emphasis> Вы извините... как вас по имени и по отчеству?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Антон Семенов.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Любезный мой Антон Семеныч, вы мне после изложите ваше неудовольствие, а теперь... вы видите сами... Я, с своей стороны, поверьте, особое обращу внимание, – будьте покойны. Вы с Евгений Тихонычем знакомы?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Никак нет-с.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Так позвольте же вас представить. Судья наш, благороднейший человек во всех отношениях, душа открытая, почтеннейший человек... Евгений Тихоныч! Суслов <emphasis>(у стола, закусывает)</emphasis>. Чего?..</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Позвольте познакомить вас с новым жителем нашего уезда: Алупкин, Антон Семеныч, новый помещик.</p>
   <p><strong>Суслов</strong> <emphasis>(продолжает есть)</emphasis>. Мне чрезвычайно приятно. Вы откуда к нам?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Из Тамбовской губернии.</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> А! у меня в Тамбове родственник живет, пустейший человек. Впрочем, Тамбов – ничего, город хороший.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Город точно ничего.</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> А что ж наши голубчики?.. они, пожалуй, и не приедут вовсе.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Нет, этого я не думаю. Меня уж и то удивляет, что их до сих пор нет... Они должны были первые приехать.</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> А что, как вы думаете, мы помирим их?</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Должно надеяться... Я и Петра Петровича пригласил. А! кстати! позвольте обратиться к вам с просьбой, Антон Семеныч. Вы можете помочь нам в деле, которое, так сказать, равно касается до всех дворян.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Та-ак.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Здесь есть у нас один помещик – Беспан-дин, и хороший, кажется, человек, а сумасброд; то есть не то чтобы сумасброд, а кто его знает! у Беспандина сестра, Каурова, вдова: женщина, по правде сказать, до крайности бестолковая, упрямая... Впрочем, вы ее увидите.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Это у них в роду-с, Николай Иваныч: ихняя матушка, покойница Пелагея Арсеньевна, еще того хуже была-с. Говорят, в молодых летах будучи, кирпич им на голову упал: так, может, от этого-с...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Может быть. Потому, природа... Вот между этим Беспандиным и его сестрой, вдовой Кауровой, третий год идет распря по случаю дележа. Тетка их родная им обоим, по духовному завещанию, имение оставила, – имение, заметьте, благоприобретенное... Ну, не могут поделиться, хоть ты тресни... Особенно сестрица просто ни на что не согласна. До суда дело доходило; высшим властям прошения подавали: долго ли тут до беды? Вот я и решился наконец пресечь, так сказать, твердою рукою корень зла, остановить, наконец вразумить... Я им сегодня у себя свидание назначил, но уж в последний раз; а там я уж другие меры приму... Из чего в самом деле мучиться? Пусть суд их разбирает. В миротворцы, в свидетели, я пригласил почтенного Евгения Тихоныча, Пехтерева Петра Петровича, бывшего предводителя... Так не угодно ли и вам? помочь нам то есть в этом деле?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Я с удовольствием... но, не будучи знаком, кажется...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Что ж такое! Это ничего... Вы здешний помещик, человек рассудительный. Напротив, оно еще лучше: им нельзя будет сомневаться в вашем беспристрастии.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Извольте-с, я готов.</p>
   <p><strong>Герасим</strong> <emphasis>(входит)</emphasis>. Госпожа Каурова приехали-с.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Легка на помине.</p>
   <subtitle>ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ</subtitle>
   <p><emphasis>Те же и Каурова (в шляпке, с ридикюлем).</emphasis></p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А, наконец! Милости просим, Анна Ильинишна! милости просим... Сюда... не угодно ли-с?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Ферапонт Ильич еще не приезжал-с?</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Нет еще; впрочем, он теперь скоро будет. Не угодно ли закусить?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Покорно благодарю-с. Я постное кушаю-с.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Что ж, вот редька, огурцы... Чаю не прикажете ли?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Нет-с, покорно благодарю: я уж завтракала. Вы извините меня, Николай Иваныч, коли я опоздала. <emphasis>(Садится.)</emphasis> И то слава богу, что в целости доехала; кучер мой чуть-чуть меня не вывалил.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Скажите пожалуйста, а кажется, дорога недурна.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Не в дороге дело-с, Николай Иваныч; ох, не в дороге!.. Я вот приехала, Николай Иваныч, только я никакой пользы от этого не ожидаю. Нрав Ферапонта Ильича мне слишком известен... ох, слишком!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ну, это мы увидим, Анна Ильинишна! Я так, напротив, надеюсь сегодня кончить ваше дело; пора.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Дай бог, дай бог. Я, вы знаете, Николай Иваныч, я на все согласна. Я человек смирный... Я не прекословлю, Николай Иваныч; где мне! Я вдова беззащитная: на вас одних надеюсь... А Ферапонт Ильич извести меня хочет... Что ж? Бог с ним! лишь бы деток малолетных не погубил. А уж я что!..</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Полноте, Анна Ильинишна, полноте! Вот я вам лучше представлю нового нашего помещика, Алупкина Антона Семеныча.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Очень рада-с, очень рада-с.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Он, если вы позволите, также будет участником в нашем деле.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Согласна, Николай Иваныч, я на все согласна. По мне, хоть весь уезд, всю губернию созовите: у меня совесть чиста, Николай Иваныч. Они, я знаю, за меня заступятся. Они не дадут меня в обиду... А вы как в своем здоровье, Евгений Тихоныч?</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Хорошо. Что мне деется! Покорно благодарю.</p>
   <p><strong>Мирволин</strong> <emphasis>(целуя руку Кауровой)</emphasis>. Как ваши детки, Анна Ильинишна?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Слава богу, пока еще живы. Ох, долго ли? Скоро, скоро они совсем осиротеют, бедняжки!</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Полноте! Зачем вы это говорите, Анна Ильинишна? Вы еще нас всех переживете, матушка!</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Как зачем я это говорю, отец мой! Стало быть, есть причины, коли уж я не могу промолчать. То-то вот и есть! а еще, кажется, судья. Стану я говорить без доказательств!</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Ну какие же доказательства?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Извольте, извольте... Николай Иваныч, прикажите позвать моего кучера.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Кого?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Кучера, моего кучера Карпушку. Его Карпушкой зовут.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Для чего?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Да уж прикажите. Вот Евгений Тихоныч доказательств требует...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Да позвольте, Анна Ильинишна...</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Нет уж, сделайте одолжение.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ну, пожалуй. <emphasis>(Мирволину.)</emphasis> Сбегай, братец, пожалуйста, прикажи.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Сейчас. <emphasis>(Выходит.)</emphasis></p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Вы мне все не хотите верить, Евгений Тихоныч. Уж это не в первый раз! Бог с вами!</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Однако позвольте: я все-таки не могу понять зачем вам угодно было позвать вашего кучера. Кажется, чему тут кучер?.. Не понимаю.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А вот увидите.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Не понимаю.</p>
   <subtitle>ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ</subtitle>
   <p><emphasis>Те же и Карп и Мирволин.</emphasis></p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Вот-с кучер.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Карпушка... слушай... гляди на меня; вот они не хотят верить, что Ферапонт Ильич несколько раз тебя хотел подкупить... Слышишь ли ты, что я тебе говорю?..</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Ну, что ж ты молчишь, любезный? Их братец подкупал тебя?</p>
   <p><strong>Карп.</strong> Как подкупал?</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Я не знаю. Вот Анна Ильинишна говорит.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Карпушка! слушай, гляди на меня... Ведь ты помнишь, сегодня чуть меня не вывалил... помнишь?..</p>
   <p><strong>Карп.</strong> Когда-с?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Когда?.. Экой глупый!.. Разумеется, на повороте, не доезжая плотины. Еще одно колесо чуть не выскочило.</p>
   <p><strong>Карп.</strong> Слушаю-с.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Ну, и помнишь ты, что я тебе сказала тогда? Я тебе сказала: «Признайся, – сказала я тебе, – Ферапонт Ильич тебя подкупил: дескать, Карпуша, голубчик, ушиби, мол, твою барыню до смерти, а уж я тебя не оставлю»... Ну, и помнишь ты, что ты мне отвечал?.. Ты мне отвечал: «Виноват, сударыня, точно, я пред вами виноват».</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Да позвольте, Анна Ильинишна: виноват – это еще ничего не доказывает... Что он этим хотел сказать? сознаться, что ли, он хотел в подкупе, в намерении зашибить вас – вот что нужно узнать... Сознался ли ты?.. а?.. сознался?</p>
   <p><strong>Карп.</strong> В чем сознался?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Карпушка! слушай, гляди на меня... Ведь Ферапонт Ильич хотел тебя подкупить? Ну конечно, ты не согласился... Но я ведь правду говорю?</p>
   <p><strong>Карп.</strong> Как вы изволите говорить-с?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Ну, вот видите ..</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Да позвольте, позвольте!.. Ты мне, братец, отвечай, да толковито, смотри...</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Нет, вы позвольте, Евгений Тихоныч! я на это не могу согласиться. Вы его запугать хотите – я этого не позволю. Ступай, Карпушка, ступай; да проспись смотри; а то ведь ты совсем спишь.</p>
   <empty-line/>
   <p><emphasis>Карп уходит.</emphasis></p>
   <empty-line/>
   <p>А от вас, Евгений Тихоныч, признаюсь, я этого не ожидала. Чем, кажется, я это заслужила?</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Да что вы нас морочите!..</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ну, полноте, полноте, Анна Ильинишна! присядьте, успокойтесь. Мы это все разберем.</p>
   <p><strong>Герасим</strong> <emphasis>(входит)</emphasis>. Господин Беспандин изволили приехать.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А, наконец! Ну, проси, разумеется.</p>
   <subtitle>ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ</subtitle>
   <p><emphasis>Те же и Беспандин.</emphasis></p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А! здравствуйте!.. Однако вы заставили себя подождать.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Виноват, виноват, Николай Иваныч! такая вышла задача... Здравствуйте, Евгений Тихоныч, судья неумытный, как вы поживаете?</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Здравствуйте!</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Вообразите... <emphasis>(кланяясь сестре)</emphasis> что меня задержало... Представьте себе: у меня седло мое украли... И кто украл – неизвестно!.. Делать нечего: взял седло у стремянного. <emphasis>(Пьет.)</emphasis> Я, вы знаете, всюду верхом езжу, седло премерзкое, фалейторское... рысью просто нет никакой возможности...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ферапонт Ильич! позвольте вас познакомить... Алупкин, Антон Семеныч...</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Очень рад... Вы охотник?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> То есть в каком смысле охотник?</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> В каком смысле? ну, разумеется, в каком: до дичи, до собак ..</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Нет-с, я собак не люблю, а из ружья в сидячую птицу стреляю.</p>
   <p><strong>Беспандин</strong> <emphasis>(смеется)</emphasis>. В сидячую, в сидячую...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Однако извините, господа! Позвольте прервать ваш любопытный разговор. Мы о собаках и сидячих птицах в другое время поговорить можем. А теперь я предлагаю, не теряя времени, приступить к нашему делу, для которого мы собрались. Мы и без Петра Петровича начать можем, как вы думаете?</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Пожалуй.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> И потому, Ферапонт Ильич, покорно прошу вас присесть, и вас также, Антон Семеныч!</p>
   <empty-line/>
   <p><emphasis>Садятся.</emphasis></p>
   <empty-line/>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Николай Иваныч, я вас душевно уважаю и всегда уважал, и теперь вот по вашему же желанию приехал; только позвольте вам наперед сказать, если вы надеетесь какого-нибудь толку добиться от почтеннейшей моей сестрицы, то предупреждаю вас...</p>
   <p><strong>Каурова</strong> <emphasis>(приподнимаясь)</emphasis>. Вот видите, Николай Иваныч, вот вы сами видите...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Позвольте, позвольте, Ферапонт Ильич, и вы, Анна Ильинишна! я должен вас попросить сперва меня выслушать. Я имел удовольствие пригласить вас обоих сегодня к себе для того, чтоб покончить наконец ваши распри. Какой пример, посудите сами: брат и сестра, от одной, так сказать, утробы...</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Позвольте, Николай Иваныч...</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Господин Беспандин, прошу не прерывать.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> А вы что мне за наставник?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Я вам не наставник, но, будучи приглашен Николаем Иванычем...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Да, Ферапонт Ильич; я их пригласил, вместе с почтенным нашим Евгением Тихонычем, в посредники... Ферапонт Ильич! Анна Ильинишна! Я обращаюсь к вам... Как? брат и сестра, от одной, так сказать, утробы рожденные, не могут жить в ладу, в мире, в согласии!.. Ферапонт Ильич! Анна Ильинишна! Образумьтесь, я вам говорю! Ведь для чего все это я говорю? я это для вашего же блага говорю... Вы сами посудите, что мне? но я для вашего блага говорю!</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Да ведь вы, Николай Иваныч, не знаете, что это за женщина! Ведь вы послушайте-ка ее; ведь это бог знает что такое... помилуйте!</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А вы-то сами что? Вы кучера моего подкупаете, девок ко мне с отравой подсылаете – вы моей смерти добиваетесь. Я даже удивляюсь, как я еще до сих пор уцелела!..</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Какого кучера я подкупал... что вы? что вы?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Да, сударь! Он под присягой готов все показать. Вот эти господа – свидетели.</p>
   <p><strong>Беспандин</strong> <emphasis>(обращаясь к остальным)</emphasis>. Что это она за дичь порет?</p>
   <p><strong>Алупкин</strong> <emphasis>(Кауровой)</emphasis>. Позвольте! позвольте, вы напрасно на меня ссылаетесь. Я решительно ничего не повял, что тут ваш кучер говорил. Это опять что-то вроде моего козла.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Вашего козла? А чем мой кучер похож на козла? Сами вы скорей...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Оставьте это, господа, ради бога!.. Анна Ильинишна! Ферапонт Ильич! Что за охота упрекать друг друга?.. Не лучше ли позабыть прошедшее?.. Право, послушайтесь меня: помиритесь! Примите друг друга в объятья! Вы не отвечаете...</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Да что... помилуйте! как это можно! Если б я знал, да я бы ни за что не приехал!</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> И я тоже бы не приехала,</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Как же вы мне сейчас говорили, что вы на все согласны?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> На все, только не на это.</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Эх, Николай Иваныч! позвольте вам сказать, не так вы дело повели. Вы им толкуете о мире, согласии... разве вы не видите, что это за люди?</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А как же по-вашему, Евгений Тихоныч?</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Да вы для чего их пригласили?.. для дележа? Ведь от этого у них и ссора идет. Пока они не поделятся, ни вам, ни мне, никому не будет покоя, и мы в эдакие-то жары, вместо того чтобы дома сидеть, будем трястись по дорогам. Так приступимте же к дележу, коли вы их надеетесь уговорить... Где планы?</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ну, приступимте. Герасим!..</p>
   <p><strong>Герасим</strong> <emphasis>(входя)</emphasis>. Чего извольте?</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Вельвицкого мне позвать,</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Я вам заранее объявляю, что я на все согласен; что Николай Иваныч скажет, тому и быть.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> И я тоже.</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Посмотрим.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Вот что похвально, то похвально.</p>
   <subtitle>ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТОЕ</subtitle>
   <p><emphasis>Те же и Вельвицкий, с планами.</emphasis></p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А! подойди сюда. <emphasis>(Развертывает планы.)</emphasis> Принеси-ка вон столик... Вот-с, извольте посмотреть... вот-с... «Сельцо Кокушкино, Раково тож, душ по 8-й ревизии мужеска пола 94»... Посмотрите-ка, как карандашом все перечерчено: не в первый раз мы над этим планом бьемся... «Всей земли 712 десятин, неудобной 81, под усадьбой с выгоном 9; чересполосица есть, но немного». Вот это именье нам приходится поровну разделить между отставным коллежским регистратором Ферапонтом Беспандиным и сестрою его, вдовой подпоручика, Анной Кауровой, – поровну; заметьте: так сказано в завещании покойной их тетушки, архитекторской вдовы Филокалосовой.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Старуха перед смертью из ума выжила. Что бы все оставить мне! и не было бы никакой неприятности...</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Вишь, вы какие!</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Ну, так законную бы часть вам определила... Да что от бабы ожидать путного!.. Правда, вы, говорят, каждое утро ее болонку чесали да мыли.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А вот вы и солгали! стану я пса чесать!.. как же!.. такая я женщина!.. Вот вы – другое дело: вы известный собачник; вы, говорят, вашего пса, – прости, господи, мое прегрешение! – в самую морду целуете.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Господа! я должен вас обоих попросить несколько помолчать... Так вот как-с: вот уже более трех лет, как их тетушка скончалась, и с тех пор, представьте, никакого решения. Наконец я согласился быть между ними посредником, потому что это, вы понимаете, мой долг; но, к сожалению, до сих пор ни в чем не успел. Вот видите ли-с, в чем главное затруднение: господин Беспандин и сестрица их не желают жить в одном доме; стало быть, усадьбу следует разделить. А разделить ее нет возможности!</p>
   <p><strong>Беспандин</strong> <emphasis>(помолчав)</emphasis>. Ну... я отказываюсь от теткиного дома; бог с ним! Балагалаев. Вы отказываетесь? Беспандин. Да; но я надеюсь на вознаграждение. Балагалаев. Конечно, это требование справедливо.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Николай Иваныч! это хитрость. Это с его стороны уловка, Николай Иваныч! Он через это надеется получить самую лучшую землю, конопляники и прочее. На что ему дом? у него свой есть. А теткин дом без того куда плох...</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Коли он так плох...</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А конопляников я не уступлю. Помилуйте! я вдова, у меня дети... Что ж я буду делать без конопляников, посудите сами.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Коли он плох...</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Воля ваша...</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Да дайте же ему договорить!</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Коли он так плох, уступите его мне, и пусть вас вознаградят.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Да! знаю я ваши вознаграждения!.. какую-нибудь десятинишку негодную, камень на камне, или, еще того хуже, болото какое-нибудь, где один тростник, которого даже крестьянские коровы не едят!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Такого болота в вашем имении и нету вовсе...</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Ну, не болото, так другое что-нибудь в этом роде. Нет, вознаграждение... покорно благодарю: знаю я, что это за вознаграждения!</p>
   <p><strong>Алупкин</strong> <emphasis>(Мирволину)</emphasis>. Что, у вас в уезде все женщины таковы?</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Бывают и хуже.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Господа, господа! позвольте, позвольте... Я должен вас опять попросить несколько помолчать. Я вот что предлагаю. Мы теперь сообща разделим всю дачу на два участка; в одном будет заключаться дом с усадьбой, а к другому мы несколько лишней земли прибавим, и пусть они потом выбирают.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Я согласен.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А я не согласна.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Почему же вы не согласны?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А кому первому придется выбирать?</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Мы жребий кинем.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Сохрани, господи, и помилуй! что вы это! ни за что на свете! Али мы нехристи какие?</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Ну, вы выберете.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Я все-таки не согласна!</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Да отчего же?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Как же я стану выбирать? ну, а если я ошибусь...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Позвольте, однако, отчего же вы ошибетесь? участки будут равные; а если какой получше выйдет, Ферапонт Ильич вам предоставляет право выбора.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А кто мне скажет, какой лучше будет? Нет, Николай Иваныч! это уже ваше дело: уж вы, батюшка, потрудитесь, назначьте сами; какой вы участок мне назначите, тот и возьму, и довольна буду.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ну, пожалуй. Итак, дом со службами и с усадьбой предоставляется госпоже Кауровой.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> И с садом?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Разумеется, с садом! как же дому быть без саду? да и сад-то дрянь: всего пять-шесть яблонь, яблоки на них кислые-прекислые... Просто вся усадьба гроша не стоит.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Так предоставьте ее мне, боже мой!..</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Итак, дом с садом и со службами и вся господская усадьба предоставляются госпоже Кауровой. Хорошо. В таком случае не угодно ли вам посмотреть?.. Вельвицкий! прочти, братец! как было я разделил?</p>
   <p><strong>Вельвицкий.</strong> <emphasis>(читает по тетради)</emphasis>. «Проэкт раздела между помещиком Ферапонтом Беспандиным и сестрою его, вдовою, дворянкою Кауровой...»</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Начни с направления линии.</p>
   <p><strong>Вельвицкий.</strong> «Направление линии от точки А».</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Извольте глядеть: от точки А.</p>
   <p><strong>Вельвицкий.</strong> «От точки А, на границе дачи Волухиной, до точки Б, на углу плотины».</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> До точки Б, на углу плотины... Евгений Тихоныч, что же вы?</p>
   <p><strong>Суслов</strong> <emphasis>(издали)</emphasis>. Я вижу.</p>
   <p><strong>Вельвицкий.</strong> «От точки Б»...</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А позвольте узнать, чей будет пруд?</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Разумеется, общий; то есть правый берег будет принадлежать одному, левый другому.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А! вот как!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Далее, далее...</p>
   <p><strong>Вельвицкий.</strong> «Пустоши же разделить поровну: в первой сорок восемь, во второй семьдесят семь десятин».</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Так вот что я теперь предлагаю... Тот, кто не получает усадьбы, берет всю первую пустошь за себя, то есть получает двадцать четыре десятины лишнего. Вот пустоши: первая и вторая.</p>
   <p><strong>Вельвицкий.</strong> «Владетель первого участка обязывается переселить на свой счет два двора во второй участок; а выселенным крестьянам конопляниками пользоваться два года...»</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Ни крестьян переселять, ни конопляники уступать я не намерена.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Да полноте.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Ни за что, Николай Иваныч, ни за что!</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Не извольте перебивать, сударыня!</p>
   <p><strong>Каурова</strong> <emphasis>(крестится)</emphasis>. Что это? что это? во сне я, что ли?.. да после этого я, право, не знаю, что и сказать! Конопляники на два года, общий пруд! Да эдак лучше я от дома откажусь...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Да позвольте, однако, заметить вам, что Ферапонт Ильич...</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Нет, батюшка, не извольте беспокоиться. Знать, я вас чем обидела...</p>
   <p><strong>Балагалаев</strong> <emphasis>(вместе с нею)</emphasis>. Да выслушайте меня, Анна Ильинишна! вы толкуете о дворах, о конопляниках, а ваш братец может к другому участку присоединить двадцать четыре десятины...</p>
   <p><strong>Каурова</strong> <emphasis>(вместе с ним)</emphasis>. Не говорите, не говорите, Николай Иваныч! Помилуйте! что я за дура буду, что конопляники даром отдам! Вы бы одно вспомнили, Николай Иваныч: я вдова – за меня заступиться некому; дети у меня малолетные: вы бы хоть их пожалели.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Это уж слишком, слишком! нет, это слишком!..</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Стало быть, вы находите, что мой участок лучше вашего?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Двадцать четыре десятины!..</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Нет, скажите, лучше?..</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Помилуйте! двадцать четыре десятины!..</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Да вы отвечайте: лучше? а? лучше, лучше?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Да что ты это, батюшка, на меня все вскидываешься? Или у вас в Тамбове такой обычай? Откуда вдруг появился, ни знамо, ни ведомо, и что за человек, господь его знает, а посмотри ты, как петушится!</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Однако прошу не забываться, сударыня. Даром что вы, сколько мне известно, женщина, я не посмотрю: я старый солдат, черт возьми!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Полноте, полноте, господа! Антон Семеныч! успокойтесь, прошу вас. Ведь это ни к чему не поведет...</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Да ведь, помилуйте...</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Вы сумасшедший! Он сумасшедший.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Я все-таки опять вас спрашиваю, Анна Ильинишна: по-вашему, мой участок лучше?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Ну да, лучше, то есть земли больше.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Ну, поменяемтесь.</p>
   <empty-line/>
   <p><emphasis>Она молчит.</emphasis></p>
   <empty-line/>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ну-с, что ж вы не отвечаете?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Что ж мне без дому быть? На что ж после этого мне и деревня?..</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Да коли мой участок лучше – отдайте мне дом и возьмите себе эти двадцать четыре десятины.</p>
   <empty-line/>
   <p><emphasis>Оба молчат.</emphasis></p>
   <empty-line/>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Однако позвольте, Анна Ильинишна, будьте же наконец благоразумны, последуйте примеру вашего братца... Я сегодня не нарадуюсь, глядя на него. Вы видите сами, вам всевозможные делаются уступки; вам остается только объявить ваше желание насчет выбора.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Я уж сказала, что я не намерена выбирать...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Вы не намерены выбирать и не соглашаетесь ни на что... помилуйте! Я вам должен заметить, Анна Ильинишна, что моих сил недостает... Если сегодня мы опять ничем не покончим, то уж я не намерен более служить посредником между вами. Пусть суд вас делит. Скажите нам по крайней мере, что вы желаете?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Я ничего не желаю, Николай Иваныч! я на вас полагаюсь, Николай Иваныч!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Однако вот вы мне не доверяете... Ведь надобно ж это покончить, Анна Ильинишна... Помилуйте! ведь третий год!.. Ну, скажите, на что вы решаетесь?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Что мне вам сказать, Николай Иваныч? Я вижу, вы все против меня. Вас вот пятеро, а я одна... Я женщина: конечно, вам легко меня запугать; а у меня, кроме бога, нет защитника. Я в вашей власти: делайте со мной что хотите.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Однако это непростительно. Наконец вы бог знает что говорите... Нас пятеро, а вы одне... Да разве мы к чему-нибудь вас принуждаем? Каурова. А как же-с?</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Это ужасно!</p>
   <p><strong>Алупкин</strong> <emphasis>(Балагалаеву)</emphasis>. Да бросьте ее!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Постойте, Антон Семеныч!.. Анна Ильинишна, матушка! выслушайте меня. Скажите нам, что вам угодно: оставить при вас дом, что ли, и уменьшить долю вознаграждения вашего братца, и насколько уменьшить, – вообще какие ваши условия?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Что мне вам сказать, Николай Иваныч? Конечно, мне с вами не сладить... Но господь нас рассудит, Николай Иваныч!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ну, послушайте: вы, я вижу, недовольны моим предложением...</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Да отвечайте же...</p>
   <p><strong>Суслов</strong> <emphasis>(Алупкину)</emphasis>. Оставьте: вы видите, женщина с норовом.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Ну, да-с, недовольна.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Прекрасно! так скажите же нам, в чем ваше неудовольствие состоит?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Этого я не могу сказать.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Отчего же вы не можете?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Не могу-с.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Да вы меня, может быть, не понимаете?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Я вас слишком хорошо понимаю, Николай Иваныч!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ну, так скажите же нам наконец в последний раз, чем вас можно удовлетворить, на какие предложения вы бы изъявили свое согласие?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Нет-с, извините! Силой вы что хотите можете со мной делать: я женщина; а с моего согласия, извините... я умру а моего согласия не дам.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Вы женщина?.. Нет, вы черт! вот кто вы! Вы сутяга!..</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Антон Семеныч!</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Батюшки! батюшки!</p>
   <p><strong>Суслов и Мирволин.</strong> Полноте, полноте!</p>
   <p><strong>Алупкин</strong> <emphasis>(Кауровой)</emphasis>. Слушай! я старый солдат я даром грозить не стану. Эй, не дурачься, опомнись, а то худо будет... Я не шучу... слышишь? Если б ты возражала путем, я бы ничего не говорил; а то ты упираешься, как вол... Баба, берегись, – говорят тебе, берегись...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Антон Семеныч! я, признаюсь...</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Николай Иваныч, это мое дело! <emphasis>(Алупкину.)</emphasis> Милостивый государь! позвольте узнать, с какого права...</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Вы заступаетесь за вашу сестру?</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Вовсе не за сестру: мне моя сестра вот что-тьфу!.. а я за честь фамилии.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> За честь фамилии? А чем я вашу фамилию оскорбил3</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Как чем оскорбили! Вот это мне нравится! Стало быть, по-вашему, всякий заезжий чудак...</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Что, милостивый государь?..</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Что, милостивый государь?..</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> А вот что-с: в чужом доме ругаться неприлично Вы дворянин и я дворянин, так не угодно ли завтра.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> На чем хотите! хоть на ножах.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Господа, господа! что вы это? как вам не стыдно? помилуйте! в моем доме...</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Вы меня не запугаете, милостивый государь!</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Я вас не боюсь; а ваша сестра... неприлично сказать, что она такое.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Согласна; отцы мои, на все согласна!.. дайте подписать: все, что угодно, подпишу.</p>
   <p><strong>Суслов</strong> <emphasis>(Мирволину)</emphasis>. Где моя шапка? не видал, братец?</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Господа, господа!</p>
   <p><strong>Герасим</strong> <emphasis>(входит и кричит)</emphasis>. Петр Петрович Пехтерьев!</p>
   <subtitle>ЯВЛЕНИЕ ДЕСЯТОЕ</subtitle>
   <p><emphasis>Те же и Пехтерьев.</emphasis></p>
   <p><strong>Пехтерьев</strong> <emphasis>(входя)</emphasis>. Здравствуйте, мой любезный Николай Иваныч!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Мое почтение, Петр Петрович! Что ваша супруга?</p>
   <p><strong>Пехтерьев</strong> <emphasis>(кланяется всем)</emphasis>. Господа... Моя жена здорова, слава богу. Cher Балагалаев! я виноват: опоздал. Вы, я вижу, без меня начали, и хорошо сделали... Как ваше здоровье, Евгений Тихоныч, Ферапонт Ильич, Анна Ильинишна? <emphasis>(Мирволину.)</emphasis> А! и ты тут, убогий?.. Ну, что, подвигается дело?..</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Ну, этого нельзя сказать...</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Неужели? А я так думал... Эх, господа, господа! это нехорошо. Позвольте старику побранить вас... Надо кончить, надо кончить.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Не хотите ли закусить?</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Нет, благодарствуйте... <emphasis>(Отводит в сторону Балагалаева и указывает на Алупкина.)</emphasis> Qui est са?<a l:href="#note1" type="note">1</a></p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Новый помещик – некто Алупкин. Я вам его представлю... Антон Семеныч! позвольте познакомить вас с почтеннейшим нашим Петром Петровичем... Алупкин, Антон Семеныч, из Тамбова.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Очень рад.</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Добро пожаловать в наши края... Да извольте... Алупкин? я знавал одного Алупкина в Петербурге. Высокий такой был мужчина, видный, с бельмом на глазу, в карты играл сильно и дома все строил... не родня вам?..</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Никак нет-с. У меня нет родственников.</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Нет родственников?.. Скажите... Что ваши малютки, Анна Ильинишна?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Покорно вас благодарю, Петр Петрович! Слава богу.</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Однако, господа, что ж, давайте, давайте. Мы поболтаем после... На чем я вас прервал?</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Вы нисколько нас не прервали, Петр Петрович! Вы даже очень кстати приехали. Дело вот в чем-с...</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Что это! планы?.. <emphasis>(Садится к столу.)</emphasis></p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Да, планы. Вот, видите ли, Петр Петрович, мы никак не можем добиться толку, не можем то есть согласить господина Беспандина с их сестрицей. Я, признаюсь, даже начинаю сомневаться в успехе и готов отказаться.</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Напрасно, напрасно, Николай Иваныч! немножко терпения... Предводитель! да это должен быть олицетворенное терпение.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Вот, видите ли, Петр Петрович: с общего согласия господ владельцев, усадьба не разделяется, а к одному участку приписывается; теперь вот в чем затруднение: какое вознаграждение назначить за усадьбу? Я предлагаю всю эту пустошь отдать...</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Эту пустошь... да, позвольте, да, да...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Вот над этим мы теперь и бьемся... Они вот согласны, а сестрица их не только не согласна ни на что, но даже вообще не хочет, объявить своего желания.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Как говорится, ни тпру ни ну!</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Так, так, так! А знаете ли что, Николай Иваныч? конечно, это вам лучше известно, а я бы на вашем месте не так эту дачу разделил.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А как же-с?</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Я, может быть, и вздор скажу; но вы извините старика... Savez-vous, cher ami?<a l:href="#note2" type="note">2</a> мне кажется, я бы вот как разделил... позвольте карандашик.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Вот-с карандаш...</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Спасибо... Я бы, Николай Иваныч, вот как... посмотрите: отсюда – вот сюда, отсюда – сюда... отсюда вот куда, а отсюда, наконец, сюда.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Да помилуйте, Петр Петрович! во-первых, эти участки выйдут неровные...</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Что за беда!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А во-вторых, в этом участке совсем сенокосов нет.</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Это ничего не значит: трава везде расти может.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Да, сверх того, рощу вы, стало быть, предоставляете одному владельцу?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Ах, вот этот бы участок я взяла с удовольствием!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> А каково, например, будет мужичкам отсюда вон куда ездить?</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> На все ваши возражения отвечать было бы весьма легко; но, впрочем, конечно, вы должны лучше знать... вы меня извините...</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А мне эдак очень нравится.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> То есть как?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А вот как Петр Петрович разделил.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Позвольте взглянуть.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Воля ваша, а только я с Петром Петровичем согласна.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Это ужасно... ведь не видела ничего, а туда же толкует!</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А ты почему знаешь, батюшка, видела я что или нет?..</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Ну, коли видели, так скажите, какой вы себе участок берете?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Какой? вот этот с рощей, да с сенокосом, да где земли побольше.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Да, все вам однем отдать!</p>
   <p><strong>Суслов</strong> <emphasis>(Алупкину)</emphasis>. Оставь.</p>
   <p><strong>Пехтерьев</strong> <emphasis>(Беспандину)</emphasis>. По-вашему, как?</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> По-моему, коли правду говорить, эдак неудобно будет. Впрочем, я готов согласиться, если мне этот участок дадут.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> И я готова согласиться, если мне этот участок дадут.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Какой?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> А вот что братец мой для себя спрашивает.</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Вот говорите после этого, что она ни на что не согласна!</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Однако, позвольте, позвольте... двоим нельзя один и тот же участок определить; надо, чтоб один из вас пожертвовал, оказал великодушие взял похуже.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> А смею спросить, для какого дьявола буду оказывать великодушие?</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Для какого... какие вы, однако, странные слова употребляете!.. для вашей сестрицы.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Вот тебе на!</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Ваша сестра, не забудьте, принадлежит к слабому полу; она женщина, а вы мужчина, она ведь женщина, Ферапонт Ильич!</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Нет-с, это, я вижу, уж философия пошла...</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Какую же вы тут философию находите?</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Философия!</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Однако это меня удивляет... Вас это не удивляет, господа?</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Меня-с? Меня сегодня ничто удивить не в состоянии-с. Вы мне можете сказать, что вы родного отца своего съели; я не удивлюсь, я поверю.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Господа, господа! позвольте мне сказать слово. Самое их как бы снова возгоревшее упорство доказывает вам, любезнейший Петр Петрович, что ваше разделение Не совсем удачно...</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Неудачно! Позвольте... почему же неудачно, это следует доказать... Я не спорю, может быть, ваше предложение прекрасно; но и о моем предложении тоже нельзя судить с первого взгляда. Я провел черту, так сказать, ангро<a l:href="#note3" type="note">3</a>; конечно, я мог ошибиться в мелочах. Разумеется, нужно уравнять оба участка, сообразить, рассмотреть подробно; но почему же неудачно?..</p>
   <p><strong>Алупкин</strong> <emphasis>(Суслову)</emphasis>. Какую он это черту провел?.</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Ангро.</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> А что значит ангро?</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> А господь его знает! должно быть, немецкое слово.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Положим, Петр Петрович, что ваше предложение отлично, превосходно; но главное дело, надо поровну разделить. Вот в чем задача.</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Так-с. Впрочем, конечно, вам лучше знать... Конечно, я в этом случае не могу с вами тягаться. Мое предложение, вы говорите, неудачно...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Да нет, Петр Петрович...</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Я понимаю, почему Николай Иваныч так на своем настаивает.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Что вы хотите сказать, сударыня, объяснитесь...</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Да уж я знаю!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Я прошу вас объясниться.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Николай Иваныч намерен у Ферапонта Ильича рощу за бесценок купить... Так вот от этого они так и стараются, чтоб она ему досталась.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Позвольте вам заметить, Анна Ильинишна, что вы забываетесь! Ферапонт Ильич разве дитя? Разве вы не получите вашей половины?.. Да и кто вам сказал, что я намерен купить эту рощу? и разве вы можете запретить вашему братцу продавать свою собственность?</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Этого я не могу ему запретить, да дело не в этом, а в том, что вы нас не по чистой совести делите, не по справедливости то есть, а как для вас выгоднее.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> О, это слишком!</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> А, вот и вы теперь то же говорите!</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Все это запутано, признаюсь, очень темно и запутано.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Это наконец всякого выведет из терпения... Что тут запутанного? что тут темного? Ну, да! я намерен купить у Ферапонта Ильича рощу; я, может быть, весь его участок намерен приобрести. Что ж из этого следует? позвольте спросить?.. Я не по чистой совести делаю... и повернулся у вас язык это сказать! Анна Ильинишна – женщина, я ее извиняю; но вы, Петр Петрович... запутано! Вы бы сперва посмотрели, верно ли разделено имение... Стало быть, верно, коли им предоставлялся выбор участка.</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Напрасно вы так горячитесь, Николай Иваныч.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Помилуйте, когда меня бог знает в чем подозревают, – меня, предводителя, удостоенного лестного внимания дворянства! Помилуйте, еще бы не горячиться, когда задевают мою честь!</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Вашей чести никто не задевает, да и притом почему ж, если можно безобидно, как говорится, согласить собственную выгоду с выгодой другого, почему ж и не сделать так? А что касается до предводительства, то поверьте, Николай Иваныч, не всегда выбирают самых достойных, и если кого отставили, это еще не значит, что он недостойный. Впрочем, я это, конечно, говорю не для вас...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Понимаю, Петр Петрович! Я понимаю, это вы на свой счет изволите говорить, да и на мой кстати. Что ж, извольте попытаться! Выборы близко. Может быть, на сей раз дворянство откроет наконец глаза... Может быть, оно наконец оценит настоящие ваши достоинства.</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Если господа дворяне почтут меня своею доверенностью, я не откажусь, не беспокойтесь.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> И тогда у нас будет настоящий предводитель!</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> О, я не сомневаюсь! Но вы поймете теперь, что после всех этих оскорбительных намеков мне было бы совершенно неприлично вмешиваться более в ваши дела, а потому...</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Да зачем же, Николай Иваныч? Пехтерьев. Николай Иваныч! я, право...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Нет, уж извините. Вельвицкий, подай сюда все их бумаги. Вот вам ваши письма, ваши планы. Делитесь как знаете, обратитесь, если хотите, к Петру Петровичу.</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> С удовольствием, с удовольствием.</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> А я решительно отказываюсь: я вовсе не намерен... Помилуйте!</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Николай Иваныч, пожалуйста, сделайте одолжение. Извините нас, то есть эту глупую бабу... ведь она всему причиной...</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> И слышать ничего не хочу! Повторяю вам, делитесь как хотите, мне до этого дела нет. Из сил выбился!</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> А все ты, безмозглая! Ну, что ты тут напу тала!.. Как же! уступлю я тебе рощу со всеми лугами да усадьбой... сейчас! да! погоди!</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Хорошо, хорошо, хорошо! вот так ее, вот так, вот так!..</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Петр Петрович, заступись за меня, батюшка; вы его не знаете: он меня зарезать готов, это изверг, батюшка, убийца!.. он меня несколько раз уж стравливал, батюшка мой!..</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Молчи, сумасшедшая!.. Николай Иваныч! сделайте одолжение...</p>
   <p><strong>Каурова</strong> <emphasis>(Пехтерьвву)</emphasis>. Батюшка, батюшка!.. Пехтерьев. Позвольте, позвольте!.. да что же это наконец?</p>
   <subtitle>ЯВЛЕНИЕ ОДИННАДЦАТОЕ</subtitle>
   <p><emphasis>Те же и Нагланович.</emphasis></p>
   <p><strong>Нагланович.</strong> Николай Иваныч! я к вам... Его превосходительство изволил...</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> А, вы опять? вы опять за мной... опять насчет козла?.. опять?</p>
   <p><strong>Нагланович.</strong> Что вы? что с вами? что это за человек?..</p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> А вы не узнали меня небось... Алупкин, Алупкин, помещик.</p>
   <p><strong>Нагланович.</strong> Отстаньте. Ваш козел судебным порядком пошел. Я совсем не к вам: я к Николай Иванычу.</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Однако пустите меня, сударыня!</p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Батюшка! защити и раздели!</p>
   <p><strong>Алупкин</strong> <emphasis>(Наглановичу)</emphasis>. Я, милостивый государь, ни на что не посмотрю. Вы меня оскорбили, милостивый государь! Я, черт возьми, я вам не козел дался, в самом деле!</p>
   <p><strong>Нагланович.</strong> Да это сумасшедший какой-то!</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Николай Иваныч! возьмите бумаги обратно.</p>
   <p><strong>Балагалаев.</strong> Стойте, господа, слушайте!.. Позвольте, у меня, кажется, голова как будто кругом идет... Дележ, козел, упрямая баба, помещик из Тамбова, вдруг неожиданный становой, завтра дуэль, у меня нечистая совесть, усадьба, роща за бесценок, завтрак, шум, кутерьма... нет, это слишком. Извините меня, господа... я не в состоянии... я ничего не понимаю, что вы мне говорите, я не в силах, я не могу, не могу! <emphasis>(Уходит.)</emphasis></p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Николай Иваныч! Николай Иваныч! Однако это прекрасно... хозяин ушел, что ж нам остается делать?..</p>
   <p><strong>Нагланович.</strong> Что за суматоха! <emphasis>(Вельвицкому.)</emphasis> Подите скажите ему, что мне нужно с ним по делам службы поговорить.</p>
   <empty-line/>
   <p><emphasis>Вельвицкий уходит.</emphasis></p>
   <empty-line/>
   <p><strong>Каурова.</strong> Да бог с ним! Ты-то когда нас, батюшка, делить будешь?</p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Я? покорный слуга; что это вы? меня за другого, должно быть, принимаете.</p>
   <p><strong>Беспандин.</strong> Вот мы и у праздника! Эх ты!.. Проклятие всем бабам отныне и вовеки! <emphasis>(Уходит.)</emphasis></p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Я по крайней мере тут ничем не виновата.</p>
   <p><strong>Вельвицкий</strong> <emphasis>(входит)</emphasis>. Николай Иваныч приказали сказать, что никого принимать не могут; они в постель ложатся.</p>
   <p><strong>Нагланович.</strong> Ну, значит, гости-то угостили его. Нечего делать, оставлю записку... Мое почтение всей компании. <emphasis>(Уходит.)</emphasis></p>
   <p><strong>Алупкин.</strong> Мы с вами еще увидимся, милостивый государь! – слышите вы? Господа, честь имею вам кланяться. <emphasis>(Уходит.)</emphasis></p>
   <p><strong>Пехтерьев.</strong> Да постойте... куда вы?.. и мы все с вами. Признаюсь, я еще ничего подобного не видал. <emphasis>(Уходит.)</emphasis></p>
   <p><strong>Каурова.</strong> Петр Петрович, батюшка!.. рассудите... <emphasis>(Уходит за Пехтерьевым.)</emphasis></p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> Евгений Тихоныч, что же вы? не оставаться же нам одним! поедемте.</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Постой, вот погоди, он оправится, мы засядем в преферанс.</p>
   <p><strong>Мирволин.</strong> И то дело; да в таких случаях не худо выпить...</p>
   <p><strong>Суслов.</strong> Что ж, выпьем, Мирволин, выпьем. А какова баба? эта и мою Глафиру Андреевну за пояс заткнет... Вот тебе и полюбовный дележ!..</p>
   <empty-line/>
   <p><emphasis>1849</emphasis></p>
  </section>
 </body>
 <body name="notes">
  <title>
   <p>Примечания</p>
  </title>
  <section id="note1">
   <title>
    <p>1</p>
   </title>
   <p>Кто это? <emphasis>(франц.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="note2">
   <title>
    <p>2</p>
   </title>
   <p>Знаете, дорогой друг? <emphasis>(франц.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="note3">
   <title>
    <p>3</p>
   </title>
   <p>В общем <emphasis>(франц.)</emphasis>.</p>
  </section>
 </body>
</FictionBook>
